Я лишь про функции отца спросил.
Да, всё правильно. Всё должно быть на уровне крепкой дружбы. Не более.
У меня было две "дочки" прошлым летом и осенью. (мой мозг определил эти роли им со всеми вытекающими, я реально считал их дочерьми). Расставание, довольно резкое, оказалось сильным ударом и для них и для меня. Потому как отождествление было полным, в оба направления. Если бы не их мама, мир бы не рухнул. Хорошо хоть она не ТП и не стала на меня наговаривать и как-то препятствовать общению. Но тем не менее оно стало очень редким.
Немалую роль сыграли бугуртозники из числа недовольных. Я бы не назвал их педоистериками, просто недовольные тем, что какой-то парень приезжает почти каждый день и возится с детьми, возя нескольких из них купаться, а там их переодевает, вытирает, конфетки покупает, детскую дискотеку устраивает... Возможно зависть и чувство собствености. И хоть таких недовольных было и немного, всё-таки народонастроению этого хватило для смены отношения ко мне с пяти баллов на четыре.
Эх, в деревне было интересно и волшебно... Это минус 20 лет по шкале времени. В первый же день моя будущая младшая "дочка" сразу на мне повисла. Они с сстрой без отца растут и мне потом разъяснили, что она на мужчин падкая, всё ровно. Но вот через неделю уже и они заметили, что это не обычная её падкость. Она перестала падать на других. ТОЛЬКО со мной куда-либо. При попытке кого-либо ещё пойти с ней погулять, она твёрдо отвечала, что не станет. Моя машина, мои колени, мои руки - вот что стало её обиталищем. Через некоторое время и старшая втянулась. Ну и моё эго их восприняло. Купая их я по-началу возбуждался, тупо пользуясь ситуацией. Меня тепло приняли, да и мама оказалась красивой, стройной и умной. Короче у меня одновременно возникла связь со всеми тремя.
Остальные дети тоже тянулись ко мне, кое-где даже более выгодные условия были... Но сердце не обманешь.
Когда я однажды приеха со своей двоюрной племянницей, сверстницей младшей "дочки", последняя устроила мне сцену ревности по полной программе, включая истерические крики и битьё посуды. Но племяшку я видел редко и место на моих руках для неё было более законно.
"Дочка" очень сильно боялась меня потерять. Её обиды хватило на пару часов и она-таки пришла обратно к нам, на детскую площадку. Всё-таки неглупая и всё поняла. Даже уступила своё традиционное место на моих коленях, когда поехали на пруд...
Короче в определённый момент я стал проявлять уже не дружественные, а отцовские чувства. И уже перестал возбуждаться, когда купал, переодевал девочек, тискал их... Да и вообще, в этой деревушке ни один ребёнок не стал моей "жертвой", если не считать переодеваний и мацаний в режиме веника.